Для своего нового проекта скромный можайский овцевод снял 26-й этаж одной из башен Делового центра «Москва-сити»

Намедни крупнейшие информагентства страны сообщили новость: Герман Стерлигов возвращается в большой бизнес. А 5 декабря, то есть в день выхода этого номера «МО», в новом детище Стерлигова, «Антикризисном расчетно-товарном центре» (АРТЦ) начинаются торги. На логотипе АРТЦ изображена все та же кавказская овчарка Алиса, которая была лейблом знаменитого стерлиговского проекта начала 1990-х – товарно-сырьевой биржи «Алиса».
С тех пор много воды утекло. Наши читатели, конечно же, знают, что последние 5 лет поселился Герман вместе с семьей в самом глухом месте Можайского района, прямо посреди лесов, и занимался разведением романовской породы овец. Но не сидится в лесной чащобе человеку. То он создает некоммерческое партнерство «Реестр непьющих мужиков». То участвует в вызволении сектантов из Пензенской пещеры. То отправляется прямиком в лапы афганских моджахедов во время поездки в Афганистан за особой породой баранов. То решает возглавить Общество любителей древних письменностей. Обо всем этом «МО» уже писало, отмечая его неуемную для отшельника натуру. Но никто не ожидал, что Герман решит возвратиться на круги своя – в бизнес, который, собственно, и сделал его известным на всю страну.
Для своего нового проекта – АРТЦ - скромный можайский овцевод снял – ни много – ни мало - 26-й этаж одной из башен Делового центра «Москва-сити». Сюда, накануне торгов, и прибыл корреспондент «МО», чтобы убедиться во всем собственными глазами и расспросить главного фигуранта. Этаж, обставленный первоклассной офисной мебелью, по обилию людей напоминал муравейник. В гостевой комнате своей очереди на прием ждали солидные дяди с дорогими кожаными портфелями. И мне было неловко, когда Герман, войдя в комнату и поздоровавшись за руку со всеми, первым пригласил в свой кабинет меня. Земляк, одним словом. Было очень непривычно видеть его не в телогрейке, а в цивильном костюме. Но борода осталась все той же, задиристо всклокоченной.

- Что же, Герман, все возвращается на круги своя?
- Это просто требование времени. Тот опыт, который был востребован в начале 90-х, и тот, который мы проходили методом тыка будучи совсем еще молодыми людьми, теперь востребован на новом техническом уровне, на новом уровне связи и на новом законодательном уровне. Конечно же, сегодня совершенно другие источники кризиса – не те, которые были в начале 90-х. Тогда, как вы помните, был развал Советского Союза и нарушились все связи между предприятиями. Сейчас кризис пришел к нам с Запада и обрушился на страну как иностранная диверсия. Опять же, нарушились связи между тысячами предприятий. А нарушились они потому, что главной связью были деньги, а деньги стали работать недостаточно хорошо. Не будем сейчас анализировать причины кризиса. Хотя главная причина одна – большинство людей в мире перестали работать и живут за счет других людей. Особенно ярко выраженный пример – Соединенные Штаты. Эта пирамида, рано или поздно, должна была рухнуть. И она рухнула. Поэтому сейчас надо вводить нестандартные методы связей между предприятиями и многоступенчатые бартерные схемы расчетов. Хороший это путь или плохой, эффективный или неэффективный – уже не столь важно. Потому что другого пути просто нет! Нет денег – будем меняться товар на товар или сырье.
- Скажите, а зачем создавать новое подобие биржи, когда производители и потребители, в отличие от ситуации в 90-х, уже давно перезнакомились?
- Конечно, перезнакомились. И все друг друга знают. Но вот, допустим, Чугунно-литейный завод покупает для своих сотрудников квартиры в Казани. Но зачем казанским продавцам квартир чугун? Им деньги нужны. Но денег у Чугунно-литейного завода нет. А когда денег нет, тогда приходится строить многоступенчатые ходовые бартерные цепочки, в которых задействованы люди, которые друг о друге никогда даже и не слышали. Потому что квартиры меняются на КамАЗы, КамАЗы меняются на цемент, цемент меняется на минеральные удобрения, минеральные удобрения – на чугун, а чугун – на квартиры в Казани. И это еще короткая цепочка. А вообще, цепочка может состоять из ста делений. И потом должны замыкаться деньгами. А выстраивает цепочку компьютер. Есть специальная программа, которая обрабатывает информацию о наличии товара и потребности этого товара. Например, у меня есть чугун, а мне нужны квартиры, валенки, минеральные удобрения и овцы. Компьютер эту информацию обрабатывает и выдает рекомендательные цепочки. Вот такая идея, в общем, простая, как велосипед, которая работает только в условиях сбоя работы финансовых институтов. Это временный проект для того, чтобы пережить кризис. В режиме «прорвемся!».
- АРТЦ создается по тому же принципу, что и когда-то Товарно-сырьевая биржа?
- Не совсем так. У нас сейчас три очень важных отличия от того времени. Первое – есть компьютерные сети, которой не было раньше. Второе – есть системы связи, о которых мы не могли и мечтать. И третье – есть законодательство, к которому необходимо адаптировать всю эту деятельность.
- И как давно вы начали работу над новым проектом?
- Работа идет уже третий месяц. Этот предварительный этап потребовался для того, чтобы создать ту систему, которая сейчас начинала работать.
- Многие полагают, что новое детище Стерлигова будет далеко не столь успешным предприятием, как в свое время товарно-сырьевая биржа, потому что сейчас не наблюдается такого дефолта, который был в 90-х…
- Еще не вечер. Мы готовим механизмы на тот случай, если создастся ситуация, которая хуже, чем сейчас. Хотя уже сейчас не очень сладко многим предприятиям. Но мы, как говорится, готовим сани к зиме. Если вдруг наступит ядерная экономическая зима – эти сани должны быть готовы, иначе потом будет поздно их готовить. Если это произойдет - встанут тысячи предприятий! Разойдутся в разные стороны тысячи коллективов, которых потом не собрать. Остановятся целые сферы жизнедеятельности. И наш метод – один из тех, которые позволят смягчить ситуацию. Нам нужно отработать антикризисные механизмы до пикового момента кризиса. Никто не спорит, что лайнер комфортнее, чем спасательный круг. Но порой спасательный круг – единственная возможность не пойти ко дну.
- Уже и региональные центры есть?
- На днях первый центр был открыт в Красноярске. Думаю, что они будут открываться по всем значимым городам страны. Заявок очень много.
- Люди сами проявляют инициативу?
- Конечно, мы никого не уговариваем. Более того, они должны будут платить гарантийные взносы, и ни у кого из них это не вызывает вопросов. Потому что если нет гарантии, подтверждающей информацию, система не будет работать.
- На создание «Алисы» вы брали у банкира Александра Смоленского (банк «Столичный») два миллиона рублей, которые вернули ему за месяц. А сколько уйдет сейчас?
- Столько же. Только тогдашние 2 миллиона рублей равны сегодняшним 5 миллионам евро.
- А ваш знаменитый биржевой колокол, с которого в приснопамятные времена начинались торги на «Алисе»?
- Он сейчас хранится в моей можайской слободе. Но я его обязательно привезу в «Москву-сити». Думаю, в ближайшее время «Москва-сити» будет освобождаться от иностранцев, а мы – постепенно занимать их места. Потому что беда к нам пришла от них, от этих иностранных афер, которые творились в России. И здесь не столько вина, сколько беда нашего правительства, что это ельцинское наследие оказалось столь тяжелым. До конца отделаться от него не удалось, и попали мы в сети кризиса.
- И что же, вы полагаете, что бартерная схема расчетов может стать главной антикризисной мерой в стране?
- Вовсе нет. Главными антикризисными мерами должны быть правительственные. И они связаны не с деньгами. Они связаны с тем, чтобы поставить людей в такие условия, чтобы они начали работать. Мы не можем сейчас себе позволить кормить людей, которые ничего не делают. Молодые здоровые мужчины должны работать – либо на умственной работе, либо на физической. Это несоизмеримо более важно, чем раскулачивать олигархов. Хотя и эту публику надо подраскулачить, подзабрать лишнее.
- Как же вы так - о своих бывших соратниках…
- Ничего страшного. Когда стране трудно – надо делиться. Нельзя лопать в одну харю. Вот у меня оставались какие-то сбережения – я их откопал из-под дуба, пришел и создаю антикризисный центр. Не прячу их где-нибудь на Кипре в долларах. Потому что это нужно моим детям, так как нам здесь жить. Нам сейчас нужно прорваться сквозь эту страшную ситуацию, которая накрывает страну, которая может породить и криминальный беспредел, и межнациональные конфликты, мало не покажется никому. Нам сейчас нужно это остановить на пороге, иначе у наших детей будут большие проблемы.
- Вы говорите страшные вещи. А вообще, из-за предчувствия беды многие люди сейчас впадают в уныние…
- И совершенно зря. На самом деле кризис – это не так уж и плохо. Более того, если бы кризиса не было, то частично его надо было бы придумать. Потому что только кризис может возродить наше сельское хозяйство, которое уже умерло. Ведь для того, чтобы народ сейчас хлынул сеять и пахать, нужно, чтобы были проблемы с продовольствием. По-другому люди не понимают. А проблемы с продовольствием, уже очевидно, будут. Я полагаю, что в следующем году распахано и засеяно у нас будет раз в десять больше площадей, чем в этом. Ухудшение ситуации в городе повлечет за собой улучшение ситуации на селе, потому что туда поедут люди. Миллионы людей окажутся в нормальных здоровых условиях жизни – не в городах, а на природе. И это тоже огромное благо, прежде всего, для их детей.

Беседовал Андрей ПОЛЫНСКИЙ

Андрей ПОЛЫНСКИЙ
фото автора и Сергея Круглова